Когда мы думаем о средневековой чуме в Европе сегодня, в памяти всплывают школьные представления о чуме, уничтожившей половину Европы и целые регионы. Однако новое исследование, основанное на данных о пыльце из 19 европейских стран, рисует совсем другую, более тонкую картину, показывая, что в некоторых частях Европы Черная смерть активничала весьма умеренно или даже вообще отсутствовала.
Цель исследования, недавно опубликованного в Nature Ecology & Evolution, состояла в том, чтобы оценить на региональном уровне смертельные последствия пандемии чумы, свирепствовавшей в Европе (а также в Северной Африке и Западной Азии) в 14 веке (между 1347 и 1352 годами). Результаты показывают, что воздействие и результаты эпидемии сильно различаются от региона к региону. Для авторов исследования это означает важность междисциплинарных подходов к исследованию прошлых пандемий.
«По оценкам историков, эпидемия забрала жизни почти половины тогдашнего населения Европы и привела к многочисленным религиозным и политическим структурным изменениям», — поясняется в пресс-релизе Института истории человечества Макса Планка. — «Исследования ДНК уже смогли идентифицировать Yersinia pestis (т. е. чумную палочку) в качестве возбудителя чумы и даже проследить ее развитие на протяжении тысячелетий. Однако то, как чума повлияла на демографию, остается малоизученным и плохо изученным».
Как сообщает команда под руководством доктора Адама Издебски из группы палеонауки и истории вышеназванного института, новое исследование показывает, что высокая смертность от чумы не была распространена так широко, как считалось ранее.
Применение палеоэкологии больших данных для проверки смертности от чумы © Адам Издебски, Тимоти Ньюфилд, Ханс Селл, Мичелл О.Рейли; Издебски и др., Экология природы и эволюция, 2022 г.
Для изучения вопроса использовался новый подход под названием «палеоэкология больших данных» (BDP). С его помощью ученые проанализировали пыльцу с 261 участка в 19 европейских странах, чтобы определить, как между 1250 и 1450 годами изменились ландшафт и локальная сельскохозяйственная деятельность. Например, исследователи выяснили, какие растения и в каких количествах выращивались в каждом конкретном месте, и смогли сделать вывод, где земледелие остановилось, а где продолжилось.
Хотя анализ и подтверждает предыдущие данные о том, что некоторые европейские регионы особенно сильно пострадали от чумы, результаты также показывают, что не все территории одинаково сильно пострадали от эпидемии. А некоторые области даже совсем от нее не пострадали.
«Скандинавия, Франция, юго-запад Германии, Греция и центр Италии испытали особенно явный спад сельскохозяйственной деятельности, что хорошо коррелирует с высокими показателями смертности, описанными в средневековых источниках», — говорят исследователи. — «Напротив, в Центральной и Восточной Европе, а также в некоторых частях Западной Европы, например, в Ирландии и на Пиренейском полуострове, наблюдаются признаки преемственности и устойчивого роста».
Разумеется, эту значительную разницу в смертности, выявленную с помощью подхода BDP, еще предстоит полностью объяснить. Однако авторы подозревают, что местные культурные, экологические, демографические, социальные и экономические условия, вероятно, оказали влияние на распространение, уровень заражения и смертность от Yersinia pestis.
Региональные сценарии демографического воздействия чумы, определенные BDP. Цвета отражают изменения показателей пыльцы зерна в столетней шкале. Фоновая карта показывает политические границы Европы 14 века. © Ханс Селл, Мишель О’Рейли, Адам Издебски; Издеб
В качестве одной из причин таких неожиданных результатов ученые объясняют, «что многие письменные источники происходят из городских локаций, для которых совершенно типичны теснота и плохая гигиена. Однако в середине XIV века более трех четвертей населения Европы постоянно проживало в сельских районах». BDP – это подход к определению любых изменений в местном ландшафте.
«Не существует какой-то единой модели «пандемии», как и «исходной вспышки чумы», пригодную для применения в любое время и в любом месте», — заключает Адам Издебски. — «Нельзя не признавать, что пандемии — сложные явления, но они также имеют разные региональные и локальные особенности. И то, что мы смогли испытать во время пандемии COVID-19, мы теперь показали и для чумы».
Комментариев (0)